Ножки Буша. 20 лет спустя

8 апреля 2014 года, 11:14

За два дня я вдруг аж три раза услышал или прочитал на собственной ленте, дескать, что кухня в Португалии ужасная, и есть там нечего. Ну я обычно снисходительно отношусь к чужому недоумию, но тут сцепился с каким-то автором. Он утверждал, что вот в соседней Испании нет таких проблем с кухней, а в Португалии – есть. ОК. Я бы, наверное, даже поверил на слово, если бы не проводил совершенно случайно большую часть года именно в Португалии, про которую и так мало кто что знает, так еще и сказочников развелось откуда-то.

Игорь Мальцев

имя: Игорь Мальцев

Российский журналист, долгие годы - обозреватель ИД "Коммерсантъ", первый главный редактор журнала «Медведь», журнала «Другой», а также шеф-редактор журнала «Коммерсантъ - Автопилот». Его колонки знакомы читателям «Известий», «Сноба» и десятков других отечественных изданий. По первому образованию – моряк. Любит путешествовать с фотокамерой. Любимые направления – Исландия, Германия, Шотландия и Южная Африка.

И даже я готов признать, что у меня слаще морковки ничего не пробовавшего, есть какая-то аберрация сознания и вкуса, и все тридцать два ресторана в моей рыбацкой деревушке в подметки не годятся даже Макдональдсу.

Но я тут давеча посмотрел серию No Reservations, посвященную Лиссабону. Ведущий, который ездит по всему миру и показывает лучшее, что есть в гастрономии разных стран и городов, сидел буквально с открытым ртом, который не успевал набивать, и сквозь arroz de marisco бормотал, что никогда не догадывался о том, что Лиссабон реальная гастро-жемчужина мира.

А вообще-то он американец. А что обычно в России говорят по этому поводу? Что в Америке все жрут какую-то гадость, и оттого они ужасно толстые. И поэтому их мнение никого не волнует. Особенно, по вопросам кулинарии.

Я, кстати, заметил, что самые строгие критики местной еды - это русские туристы. То в одном городе, то в другом я слышу недовольное «что-то устрицы в вашем Париже не те, да еще и дорого», «в Берлине совершенно негде нормально поесть», «были в Лондоне, ходили голодные, потому что невозможно жрать фишнчипс», «в вашем Монтенегро местные даже рыбу не умеют толком готовить», «были в Амстердаме – кухня ужасная», «в Женеве нет ни одного нормального ресторана», «в Венеции сплошное туристическое …».  

Я горжусь своим народом – надо же так быстро перейти от очередей на оптовых рынках за морожеными «ножками Буша» до вершин понимания кулинарного искусства мира – буквально лет за двадцать. Для начала был проклят Буш, который непонятно зачем вообще нам эту дрянь присылал – у нас же холодильники ломились красной икрой и шампанским. А потом началось двадцатилетнее процветание, и, наконец, мы объяснили французам, что их сливочные соусы вредны для поджелудочной, а фуа-гра – основа хронического панкреатита. Объяснили немцам, что свинья, сосиска и пиво – еда для конченого быдлонаселения. А англичанам, что их кровяная колбаса из Йорка, сосиски-лауреаты и эль - это жалкое подобие немецкой кухни.

Правда, еще Ильф с Петровым писали, что кьянти - это жуткая кислятина, а остальные советcкие литераторы и вовсе опускали названия местных блюд и писали «нам принесли что-то красное на тарелке».

Но надо одновременно понимать, что пока им приносили «что-то красное» и липкое на блюде (надеюсь, это не была голова Олоферна в отвратительном тосканском ресторанчике), сотня миллионов их сограждан стояло после работы в очереди за довольно некачественным хлебом.

Но это неважно – зато основы гастрономической гордости советского человека были заложены что надо. И откуда что берется? На самом деле, гастрономические привычки совершенно базовые – с самого мелкотравчатого детства. Именно поэтому люди, бывшие детьми в советские годы, так или иначе, ломаются при виде вареной сгущенки или с ностальгией вспоминают сухой брикет киселя как кондитерский шедевр.

Люди, в массе своей пережившие брежневские годы, так или иначе, не слезут с пельменей и будут вспоминать «Жигулевское», которое, конечно, тогда было ого-го, и ему не чета этот жиденький Augustiner, что на Мариенплатц в Мюнхене.

Правда, за давностью лет, сравнить невозможно, но мы же помним. Именно поэтому долгие годы в той же самой Британии за отличную еду катила пабная жратва – сосиски с грейви и пюре – вполне, впрочем, качественные, потому как селяне в Британии крыши толью не кроют. Или толем.

Во многом суровость местных гастрономических привычек продиктована тем, что в стране только официально до 1954 года действовала карточная система – продуктовые карточки – все как полагается. Кстати, в мемуарах всех великих рокеров – от Кейта Ричарда до Джимми Пейджа – все время присутствует тема голода и карточек. И если, ставшая вмиг гастроэкспертами, русская публика считает, что карточки это было когда-то в войну и только в СССР – то это просто память как у золотой рыбки – 30 секунд.

И фантастическая неосведомленность о том, что и как было в мире. Кстати, после карточной системы в Британии еще несколько десятилетий не могла никак очухаться промышленность сыров, потому что все, что делалось - это один сорт сыра, который так и называли Government Cheddar. И тот взрыв гастрономии, который мы наблюдаем сегодня в Лондоне – это довольно недавно случилось.

Зато теперь в городе можно найти буквально все и по любой цене. И после Москвы цены не выглядят устрашающе. Особенно, если не курить. Главное - не вестись на основного местного разводилу Джейми Оливера, и голосовать сердцем, нюхом и печенью.

Дания – место еще более суровое, нежели Британия. Там местные жестковыйные лютеране долго считали, что людям нужен простой кусок свинины и хлеба – зато для всех без исключения, ну и кружка Carlsberg, над заводом которого до сих пор витают слоны со свастиками.

Я не люблю промышленные пивА, но, как взращенный в СССР, приветствую равенство и братство, особенно перед тарелкой с ветчиной. Тем более, что за последние года два в Копенгагене буквально взрыв гастроактивности – там открываются все круче и круче места. А их рынок у Северных ворот – реальное место силы.

Не беда, что приезжающие из Кыштыма юные красавицы цедят через губу, что устрица мелка, а отбивная - тонка. Они все равно пройдут мимо датской моды Noir куда-нибудь в сторону чего-нибудь понятного – между H&M и Gucci.

С Америкой тоже уже давно всем понятно, кроме тех, кто до сих пор считает, что там едят только гамбургеры. Действительно – это страна возможностей. Вот кто чего ищет, тот это и получит. Потому что пока ты бродишь среди джанк-фуда, то и на завтрак тебе будет кока-кола с соусом барбекю. А если решишь, что ты сегодня вдаришь по азиатчине, то будет тебе полный Китай.

Причем, если в подвальном помещении, то может случиться и на 20 процентов дешевле. Не говоря о том, что если провести хоть десять минут в интернете, то найдешь кухню любого народа мира, потому что Манхэттен – реальная столица мира, хочется нам это знать или нет. А если для тебя это все еще Город Золотого Дьявола, как писал искрометный сатирик Горький, то и грызть тебе фольгу от вчерашней упаковки чипсов. А если даже почитать хотя бы список 100 лучших ресторанов Манхэттена, то у вас есть шанс начать день с еврейского хот-дога в «Деликатесах Каца» за 90 рублей. А закончить свиной отбивной на двоих в «Федоре» за 400.

Свои представления о вкусе, в базовом его проявлении – вкусе еды - мы несем с собой по-любому. Главное не превратить его в таран на пути нового или хотя бы того, чего ты не понял сразу. Несмотря на усилия последних лет довольно молодых рестораторов и культуртрегеров фермерской еды в Москве и Питере, страна, нас вырастившая все, еще не свет в гастро-окне. Так что оставьте спесь – помните про колбасу из бумаги и блочное мясо как счастье? Для того, чтобы понимать хоть что-то хоть в чем-то, надо долгие годы расти среди этого, а не понтоваться на нефтедоллары.

Я себя ловлю на снобизме. Это такой местечковый деревенский снобизм – после моей рыбацкой деревни Эрисейры мне вот сложно найти ресторан в Лиссабоне. Кажется, что все не такое свежее, как у нас на местности, где стоит один из последних рыболовецких флотов страны. Поэтому чтобы сэкономить время, я иду в бразильский ресторан – где за 400 рублей несут бесконечное количество жареного мяса разных сортов на шпагах. Точно не ошибешься.

Я запиваю его пивом из города Порту – Super Bock , потому что оно поплотней лиссабонского Sagres. Но я точно помню вкус пайкового мороженого мяса в брикетах с воинского склада. И вкус пива Петропавловского пивзавода. Это позволяет относиться к миру с его бесконечной кухней гораздо добрей. Без снобизма бывшего счастливого обладателя Жигулей, внезапно пересевшего на мерин серебристый.

Подписка на Euromag

Дешево и не сердито 12 апреля 2016, 16:37

Дешево и не сердито

Читать российские соцсети – такое же тупое занятие, как разговаривать с таксистами. Я уже вижу – целый жанр «разговоры с таксистами». Самое смешное...

Боуи. берлинский период 14 января 2016, 18:09

Боуи. берлинский период

Вчера все берлинские газеты вышли с портретами Дэвида Боуи на первых полосах. «Спасибо Боуи», «Дэвид Боуи – герой Берлина» и так далее, кто-то...

Проблема №1 28 августа 2015, 12:53

Проблема №1

Все рассказы про перманентные кризисы в Европе нашей образованной публикой воспринимаются как пропаганда. Поэтому очередная новость о том, что на этой неделе вошел в самый...

Миф о «гейропе» 1 июля 2015, 13:01

Миф о «гейропе»

Есть страны, которые каждое свое законодательное телодвижение не только активно пиарят по всему миру, но и старательно делают вид, что весь остальной мир какой-то...