Бойкота не будет!

«Скажи, а есть ли шансы, что немцы будут бойкотировать Олимпиаду? Ведь, в конце концов, даже во главе немецкого МИДа – все еще министр-гей, геев много в политике», - такие вопросы я часто слышу от российских друзей и коллег. Очередная демонстрация в Берлине в поддержку российских геев (последний такой митинг численностью более 2 тыс. человек прошел перед российским посольством всего месяц назад) может действительно заставить зрителей из России поверить в то, что бойкот возможен.

Однако каждый раз, когда я слышу подобные предположения, я могу только мотать головой и повторять: «нет, нет, нет, вы все неправильно поняли». Дело в том, что возможность бойкота – это абсолютная иллюзия, популярная в России, как популярны здесь и другие утопические или антиутопические (в зависимости от политической точки зрения) представления о действиях европейцев.

И речь даже не о том, что в Олимпиаду в Сочи уже вложены огромные немецкие деньги (а деньги, действительно, огромные – это и работа строительных компаний, и труд технологов, и деньги спонсоров: например, третий по величине в мире автоконцерн Volkswagen является официальным спонсором Олимпиады, и российский офис автоконцерна даже перевыпустил визитки своим сотрудникам – на них отдельно нанесен логотип Игр).

Но да что там деньги и спонсорство. Немецкий олимпийский комитет как огня избегает разговоров о возможном бойкоте. Ведущие немецкие политики тоже стараются откреститься от бойкота. Лидер социал-демократов Пеер Штайнбрюк (он был главным соперником Ангелы Меркель на пост канцлера) заявил, что «о бойкоте говорить рано», и что бойкот «является последним средством».

Министр внутренних дел и лидер правящей партии ХСС (баварские консерваторы, ближайшие союзники Меркель) Ханс-Петер Фридрих говорит, что «в любом случае против использования спорта в политических столкновениях» и что «тема не должна быть связана с бойкотом олимпиады или чемпионата мира – есть другие средства выразить протест».

Сергей Сумленный

Сергей Сумленный - политолог, глава представительства немецкого фонда Генриха Бёлля в Украине. Работал в московском бюро крупнейшей немецкой телерадиокомпании ARD, во франкфуртской редакции газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung, отвечал за консультирование по вопросам российских санкций в немецкой консалтинговой компании SCHNEIDER GROUP. Защитил диссертацию по истории взаимоотношений власти и СМИ в послевоенной Германии (ИНИОН РАН). Автор книг «Немецкая система» и «Немецкий формат».

Лидер партии «Зеленых» Юрген Триттин («Зеленые» - самые резкие критики России на немецкой политической арене) говорит, что он «не за то, чтобы бойкотировать Олимпиаду, а за то, чтобы отменить дискриминационные законы в России». Обычно резкий критик любых дискриминационных законов в Германии, лидер партии «Левых» Грегор Гизи уверен, что «бойкоты спортивных мероприятий наносят вред спортсменам и зрителям».  

Разумеется, немецкие СМИ все последние месяцы полны солидарности с критиками Олимпиады. Речь не только о геях. Буквально на днях одна из крупнейших газет страны, Frankfurter Allgemeine Zeitung, опубликовала большую статью о том, как страдают от стройки жители Сочи, столкнувшиеся с тем, что ливневая канализация в городе перестала работать, реки выходят из берегов после каждого дождя, а поля, по которым можно было пройти к морю, опутаны колючей проволокой. Разумеется, в заметках немецких журналистов уделяется достаточно внимания и новым российским законам, направленным против гомосексуалов.

Однако такая критика вряд ли может что-то изменить в решении Олимпийского комитета. Нельзя забывать, что куда большую критику немецкие СМИ высказывали и относительно проведения Летних игр 2008 года в Китае. Права человека, свобода слова, наличие в стране смертной казни, однопартийная система, а главное – подавление выступлений тибетцев были постоянной темой заметок в немецких газетах. Простые немцы обклеивали свои машины наклейками с тибетским флагом и надписью «Free Tibet!» (аналогичных наклеек с надписью Boykott Sotschi на машинах немцев не видно). И даже тогда никому из официальных лиц в Германии не пришло и в голову, что бойкот можно обсуждать всерьез. Максимум, на что была готова пойти Ангела Меркель – это демонстративно встретиться с Далай-ламой.

Ну о чем говорить: Германия не против проведения Чемпионата мира по футболу в Катаре, где на стройках применяется практически рабский труд, где каждый день погибает несколько строителей, где итоговое количество трупов на строительстве может, по подсчетам экспертов, к началу чемпионата исчисляться двадцатью, а то и сорока тысячами. Где арестовывают и запугивают немецких журналистов, решивших делать репортаж об условиях жизни строительных рабов из азиатских стран. Но там заняты немецкие инженерные бюро, а главное – там сможет блистать немецкая футбольная сборная. Ну, и вообще, зачем ссориться с Катаром. Так вот, если уж к Катару у немецких спортивных и политических деятелей нет почти никаких претензий, то что говорить о Сочи. 

Разумеется, отношение к бойкоту Олимпиады будет резко меняться в зависимости от того, какую группу вы опрашиваете. И, если приверженцы идей равноправия однополых пар будут не против бойкота, то, например, у спортсменов (даже геев!) другое мнение.

Многие спортсмены резко против бойкота просто потому, что век спортсмена недолог, и пропущенная Олимпиада означает, что следующий раз выступить на таком соревновании удастся только через четыре года. Так что, стоит пропустить Сочи, как пауза между Олимпиадами составит не четыре, а все восемь лет. За это время можно уже перейти в разряд спортивных пенсионеров.

Учитывая, что немцы не блестяще выступили на прошлой Олимпиаде, понятно желание спортсменов отыграться сейчас, а не ждать 2018-го года. Тут уж убедишь себя, что лучше не бойкотировать, а «активно участвовать в продвижении идеалов солидарности» (да и что говорить – наверняка многие спортсмены надеются, что на пресс-конференциях, в ходе общения с журналистами и в других ситуациях им удастся высказать свое мнение по гей-проблематике).

Наконец, СМИ жадно ловят каждый знак, который можно интерпретировать как протестное движение внутри России. Когда российские легкоатлетки поцеловались перед камерами на чемпионате мира по легкой атлетике в Москве, многие немецкие газеты поспешили интерпретировать этот поцелуй как знак протеста против притеснений геев – хотя опытные собкоры немецких СМИ в Москве и предупреждали коллег, что «девушки в Москве часто целуются по поводу и без повода».

Кстати, такая же ошибочная интерпретация ничего не значащих шагов, воспринимаемых как важные сигналы, наблюдается и в России. Когда немецкая сборная представила новую официальную форму, представляющую собой сочетание переливающихся полос разных цветов, многие поспешили понять это так, что немецкая сборная намекает своей формой на радужный флаг гей-движения. В то время как дизайнер просто обратился к цветам формы немецкой сборной 1972-го года. Тогда летняя Олимпиада проходила в Мюнхене, и Мюнхен же, после неудачи в борьбе за Игры 2018 года, претендует сейчас на проведение зимних Игр 2022 года. Так что немецкая сборная своей формой не поддерживает гей-движение в России, а всего лишь рекламирует предстоящую собственную Олимпиаду.