Share
0

О, эти угрюмые русские...

«Русские странные, не слишком вежливые и вообще их трудно понять, потому что они не улыбаются» — услышав эту расхожую сентенцию, на сей раз от знакомого швейцарца, управляющего отелем в Лондоне, я формально улыбнулся в ответ, решив не развивать тему национальных черт. И задумался...

Поисковик выдал мне на словосочетание «русские мало улыбаются» 7 миллионов ответов. Ознакомившись с частью сетевых ссылок и обсудив с друзьми и коллегами нашу, признаваемую за рубежами почти патологической, улыбочную недостатость русских, я начал подспудно чувствовать, что многие мои соотечественники сами начинают в это верить всерьез, вплоть до намечающегося комплекса неполноценности, если не сказать комплекса вины. Слышать это по-настоящему занятно. “Ой, мы не такие, как все. Ой, не такие...” “Да, вот такие мы уроды и живем среди уродов... И все у нас не по-человечески. Вот там (взмах рукой как бы в сторону запада) люди, а у нас...” “Откуда вежливости взяться-то... Тут не до улыбок. Беззаконие, коррупция, произвол!” Такие вот липучие ярлыки, помноженные на нашу неизбывную тягу к самобичеванию. Кажется, никто не корит себя за национальные черты так, как это делаем мы — ни французы за стереотипную прижимистость (читай — жадность), ни немцы за стереотипную педантичность и то, что именуется ordnung, ни итальянцы за стереотипную способность говорить без остановки, производя невероятный шум... А все потому, что нам очень хочется быть как все. Хочется не отличаться... И чтобы инкорпорироваться в мировое сообщество, мы готовы любым способом нивелировать тонкую поведенческую особенность и начать улыбаться через силу. Что происходит? Неужели тот, кто улыбается — априори открыт, добр и честен, а тот кто нет — опасен и вероломен? Почему мы мало улыбаемся? И как к этому относиться?

Ученые говорят, что модель социального поведения у нас такая. Если расшифровать, это означает, что улыбка для русского человека — не способ коммуникации, чтобы от одного твоего фальшиво счастливого вида всем становилось фальшиво хорошо, а лишь способ выражения чувств. Просто у нас это не принято. Не принято улыбаться незнакомым. Мы не закрытые. А вот улыбаемся только тогда, когда для этого есть причина. Дверь не заперта, она просто не открывается автоматически, как в супермаркете — навстречу каждому. У нас улыбка — знак одобрения, подлинной радости и личной симпатии. Поэтому обещаная в виде бонуса «улыбка бесплатно» в наших Макдональдсах не работает... Мы улыбаемся неформально и только тогда, когда нам нравится человек, ребенок или собака, но отсутствие улыбки на лице русского, часто совершеннно не означает негатива, агрессии или дурного воспитания.

Василий Шомов
Василий Шомов

Журналист, главный редактор журнала "Аэрофлот Premium", автор романа Presstrip. Родился в Москве в 1960 году, по образованию врач, любит путешествия, песни The Beatles и бульдогов. Интересуется культурной антропологией. Любимое изречение: «Мы помещены в мир, который накладывает на нас обязательства» (Ларс Свендсен).

В Европе, в Америке, не говорю про Азию, все иначе — там человек будет улыбаться другим, даже если внутри у него — кошмар. Все свои эмоции, переживания и мысли он автоматически спрячет за улыбку. Это ведь так вежливо, позитивно, бесконфликтно и корпоративно! Это — политес, социализация и бизнес — достаточно вовремя включать дежурную улыбку. И чтобы на лице было написано крупно и разборчиво: “У меня все в порядке!” “Everything is OK”. Кстати, вся эта приветливость ненатуральная — меня раздражает и от вежливости показной мутит. После того, как я тесно поработал с экспатами и понабдлюдал их взаимное кривляние, реверансы, книксены и этикетные улыбки, у меня на фальшь невероятное какое-то чутье выработалось. А им – ничего. По-другому они не могут. И в Японии, где на каждом шагу все надо и не надо улыбались и кланялись, мне было не слишком комфортно. Очевидный, на мой взгляд, перегиб, но я же понимаю - это этническая особенность и культурный код. Как говорится в африкнаской поговорке — «в каждой хижине свои москиты»...

Русские эмоциональны, искренни и импульсивны и по сравнению с рассудительными, прагматичными и осторожными европейцами выглядят как дети, у которых все написано на лице. Мы люди настроения, а не шаблонов и рамок. Хорошо это или плохо — предмет отдельного разговора. Но это — данность. И в соотвестствие с ней, нам крайне сложно вести себя в несвойственной манере. Ну не хочется улыбаться! Да и нужно ли? Если человеку западному привычно, забыв про себя, быстренько натянуть неестественную улыбку, чтобы устроить самопрезентацию, не прослыть нонконформистом, а заодно проявить политкорректность с толерантностью и создать видимость — Бог ему в помощь. Но сейчас, кажется и на благословенном Западе видимость создавать все труднее и труднее...

Те, кто регулярно читает советы психологов в глянцевых журналах, скажут: “Делать хорошую мину при плохой игре необходимо! Только так можно запрограммировать себя на успех!” Соглашусь. Программируйте. Наверное это — аутотренинг и психологически очень верно. Только не надо никому ничего навязывать. Я пробовал, встав перед зеркалом, корчить рожи и насильственно растягивать губы в улыбке, чтобы запустить хорошее настроение по принципу обратной связи, но ничего не получается — скалюсь, как типичный голливудский маньяк. Для честной улыбки надо чтобы настроение уже было в внутри, и чтобы благополучие тоже было... Ну вот, кажется, и выруливаем на мое личное политико-экономико-климатическое обоснование русской неулыбчивости.

Я всерьез считаю, что угрюмые наши лица – от нашего резко континентального климата, холода, грязи непролазной и всегдашнего предчувствия коллапса. Ну и еще от внутреннего напряжения — мы все время прислушиваемся — не застучат ли копыта новых опричников, не зашуршат ли страницами “Искры” очередные пламенные борцы, не заурчит ли в животе от внезапной нехватки греченевой каши, не обвалится ли курс, не задымит ли что, не бумкнет ли где... Как это не тривиально звучит: мы ждем, так сказать, перемен, плюс пакостей. Мы не уверенны, чем же наш эксперимент закончится и рады бы почаще улыбаться, но он все продолжается и мы вынуждены участвовать во всем этом на полном серьезе. “Улыбайтесь, господа! Улыбайтесь!”, говорил с экрана немец - барон Мюнхгаузен, пытаясь подбодрить зрителей. И звучало это очень от души. А что он мог еще сказать? Мюнхгаузен-то был наш, русский “немец” — симпатичный и обаятельный Олег Янковский.

Кстати, низкие температуры воздуха нас окружающего, без шуток, очень важный фактор появления улыбки — с физиологической точки зрения, застывшим, холодным мимическим мышцам труднее сокращаться. По этой же самой причине даже отъявленные акулы людоеды, заплывающие в полярные воды, здесь не кусаются — от холода пасть раскрыть не могут, а вот на Карибах — совсем другое дело. Живущие в прохладе шотландцы со скандинавами тоже сдержанны и не слишком улыбчивы, а вот, бразильцы или тайцы, обитающие в тепле , эмоционально куда более подвижны.

Так может пока оставить этих русских в покое, с их историей и географией, мимическими особенностями и рожей "кирпичом", по крайней мере тех, что еще не стали лучезарными гражданами мира, а? Они имеют право не улыбаться по требованию, если у них не получается, и улыбаться тогда, когда им этого хочется. Кстати, заставить человека по-настоящему улыбаться в законодательном порядке невозможно, даже если кому-нибудь придет в голову придать этой смелой идее статус нацпроекта.

P.S. Ученые выяснили, что улыбчивого оптимиста легко расстроить, а хмурого пессимиста — обрадовать. Второй рад даже мимолетной улыбке фортуны. На том и стоим.

 

Читайте также
Комментарии (0)
Где это?
Новости партнеров
Загрузка...
Как попасть в Лондон без визы?
Как попасть в Лондон без визы?