Здравствуй, Джон. Сегодня на улице солнце.

Моему другу сегодня — 70. Он где-то далеко. Но я держу с ним связь. Никакого ченнелинга. А спиритизм если присутствует, то в виде пары бокалов вина

Я познакомился с ним, когда мне было 4 года. Тогда я, кажется, не знал ни единого слова по-английски. Я просто слушал. Слушал голоса и музыку. Они звучали из огромного серого магнитофона с зеленым глазом, который крутил маленькие катушки с тонкой коричневой пленкой. И мне было радостно, мне было весело, мне казалось, что жизнь другой не бывает, что она будет такой всегда.

Василий Шомов
Василий Шомов

Журналист, главный редактор журнала "Аэрофлот Premium", автор романа Presstrip. Родился в Москве в 1960 году, по образованию врач, любит путешествия, песни The Beatles и бульдогов. Интересуется культурной антропологией. Любимое изречение: «Мы помещены в мир, который накладывает на нас обязательства» (Ларс Свендсен).

Чуть позже, в пионерском возрасте я узнал, что одного из четырех парней, виденных мной на конверте, в котором лежала большая черная пластинка, того, что повыше ростом в круглых очках, зовут Джон. Мне он сразу понравился — чуть странный, но какой-то настоящий. Со временем я стал смотреть и слушать его внимательнее. И мне даже казалось, что-то начал понимать, когда “Битлз” четвертовали сами себя. Но я ничего не понял, кроме того, что жизнь не выносит стабильных систем и если что-то совпадает , то лишь на мгновение...

Мы пересекались с Джоном от случая к случаю. Но я всегда помнил о нем и немного завидовал, потому что моя мягкость, уступчивость и благовоспитанность хотели, как мне тогда казалось, стать его нервом, независимостью, радикализмом... Порой, я годами не слышал его и жил своей жизнью. А он жил своей. Нам было некогда... Но друзья — на то и друзья, они могут не видеться очень долго, но когда встречаются — не вспоминают об этом... Когда мне попадались на глаза фотографии повзрослевшего Джона, я понимал, что тоже стал взрослым. А взрослым часто кажется, что им уже никто не нужен. И друзья детства тоже... Но когда они приходят — ты должен помочь.

Я сидел в ординаторской приемного отделения и пил чай, подливая кипяток в кружку из старого сине-фиолетового кофейника. Но внезапно уловил в гулком пустом ночном больничном коридоре звук быстро приближающихся к двери шагов и голос: Доктор! Скорее! Дверь распахнулась – в нее влетела дежурный фельдшер Татьяна: “Василий Рудольфович, там огнестрельное привезли! Где-то недалеко от больницы на улице подобрали. Тяжелый!” “Иду”— я поднялся. “А хирургам уже звонили?” “Да, они идут...” Почти вбежав в смотровую, я увидел лежащего на каталке бледного худощавого человека со спутанными длинными волосами, держащегося двумя руками за живот. Его круглые очки были в мелких красных брызгах, рубашка и джинсы побурели от крови. Это был — Джон. Да, Джон Леннон. “Это ты…?” — только и смог выговорить я. Кажется, он тоже узнал меня и попытался улыбнуться: "Привет, док…" Чертыхнувшись, я начал быстро накачивать на его плече манжету тонометра. “Девочки, — бросил я фельшерицам, — быстро попробуем периферию поставить и капельцу с преднизолоном! Пока еще давление держит...” Я вновь взялся за невесомое запястье Джона – пульс вдруг стал частым и едва прощупывался. “Промедол не делать! Фентанил с дроперидолом тоже. Если есть фортрал — в капельницу... И реаниматологов срочно: “множественные проникающие в брюшную, массивная кровопотеря, шок”. Нет, с подключичкой мы больше времени потеряем. И звоните в хирургию! Какая у них операционая свободна? На четвертом? Пусть ждут. Лена, раздеваем и сразу подаем! Иначе не успеем, ехать же через весь подвал! Таня, простыню неси...” Джон тихо стонал, а я, как всегда с трудными больными, успокаивая себя, разговаривал вслух... “Ну, ну, подожди, Джон. Потерпи, голубчик, сейчас все сделаем. Как же тебя угораздило-то... Держись. Еще немного... Не раскисай! И будешь как новенький...” Теперь он смотрел на меня невидящими глазами и шептал что-то в ответ посеревшими губами, но слов было не разобрать... Я снял круглые очки Джона и положил в карман своего халата этот странный предмет, со временем становящийся частью тела его обладателя. Без очков его было не узнать — обыкновенный человек, которого расстреляли почти в упор. Через мгновение я взялся за резиновые ребристые ручки каталки: “Ну, с Богом...” В этот момент прозвонил будильник и я проснулся.

Открыв глаза, я подумал, что довез его до операционной. Не мог не довезти. А когда, собираясь в редакцию, включил проигрыватель — Джон спел Stay by me и мы снова встретились. Нет, Джон не умер и его не хоронили. Просто он не знает о том, что жив. Не знать или напрочь забывать, что ты живешь — это обычная человеческая черта, совершено естественная дурная привычка. Я и сам иногда ловлю себя на этом...

Последние годы мы с Джоном все чаще общаемся, без никого. Так случается, когда ты начинаешь ценить то, что когда-то почти утратил. То есть внезапно ощущаешь, что тебе очень кого-то не хватает. Ты садишься, думаешь, думаешь и понимаешь, а ведь не хватает давнего друга.

Обычно мы сидим на кухне. Он не современен и не в тренде, кто-то бы сказал — старперство олдскульное, хлам и ретроспекция... А ему на это наплевать. Мне тоже. Он поет мне свои старые песни. Поет последений куплет Watching the Wheels:

«I'm just sitting here watching the wheels go round and round

I really love to watch them roll

No longer riding on the merry-go-round

I just had to let it go

I just had to let it go

I just had to let it go»

Я слушаю, курю и смотрю в окно, где уже ночь. Так бывает только со старым другом, когда можно просто молчать. Мы почти всю жизнь вместе. Кстати, интересная штука — раньше наша разница в возрасте была ощутимой, а теперь уже нет... Только вот я меняюсь, а он — все тот же.

Сегодня он бренчит на гитаре и насвистывает — у него это всегда отлично получается. А потом мы поем вместе его смешную и дурацкую Ya Ya, начисто лишенную розовой мелодичности Сэра Пола Маккартни. Поет Джон, а я подпеваю. Я говорю ему: “Джон, тебе сегодня 70 – это много». Он кивает: “Знаешь, док, игра не окончена. Все еще впереди. Yesterday — нет, есть только Tomorrow. Есть еще время. Есть целая вечность”.

Еще больше интересного в нашем канале Яндекс.Дзен. Подпишитесь!

Читайте также
Share
0
Комментарии (0)
Где это?
Новости партнеров
Загрузка...
Как попасть в Лондон без визы?
Как попасть в Лондон без визы?