САКРАЛЬНЫЙ ОСТРОВ РЮГЕН

«Опять две недели лежать на пляже я отказываюсь, так и знай! – заявила я мужу, когда мы начали обсуждать очередной летний отпуск. – Поехали лучше в Альпы, там можно целый день гулять по горам или кататься на велосипедах, а на юге из-за жары страшно вылезти из-под зонтика». «Летом должно быть море», – ответил супруг. «Тогда Балтика?» – предложила я. «Хорошо, но немецкая», – согласился он. Вопросы в нашей семье решаются быстро. Выбор пал на Рюген.

В течение нескольких лет местом летнего отдыха мы выбирали острова – Корсику, Тенерифе, Крит, Корфу... Все было прекрасно за исключением одного «но». Дневная жара позволяла передвигаться перебежками от моря до зонтика и от номера в отеле до ресторана, но не дальше. Осмотр местных достопримечательностей на арендованной машине занимал не больше, чем два-три дня. Все остальное время мы проводили с книжками на пляже. С одной стороны, это, конечно, мечта, особенно когда за окном промозглая сырость, как сейчас. С другой стороны – просто пытка. К исходу второй недели я обычно лезла на стенку от скуки и рвалась в Москву. Двухчасовые вечерние прогулки вдоль моря или по окрестным деревенькам с петухами и козами не удовлетворяли мою тягу к движению.

На Рюгене есть местный аэропорт, но мы выбрали маршрут с остановкой в Берлине и к морю отправились на арендованном автомобиле на следующее утро, как следует отдохнув после перелета. Дорога через бывшие прусские земли радовала родными по звучанию топонимами на указателях – Панков, Каров, Дрозедов, Грибов, Тутов, Крюков, Гневиц. За сосновыми лесами, окружающими Берлин на много километров, начались сельскохозяйственные поля, на которых полным ходом шла уборка урожая. Дорога до побережья заняла два часа, которые в любованиях открывающимися пейзажами пролетели как пара минут.

Рюген со Штральзундом сейчас соединяет огромный мост, поэтому оторванность острова от материка совершенно не ощущается, что немного жаль, ведь остров был сакральным местом для многих культур на протяжении тысячелетий. Определенно, путь на священную землю должен быть труднее, чем нажатие на педаль газа.

Наш отель располагался в поселке Glowe, на узкой косе между Балтикой и глубоким заливом, который скорее нужно назвать внутренним озером. Предоплату с нас не взяли и даже документы не потребовали. Платить за проживание надлежало при выписке из отеля, причем желательно наличными – во избежание уплаты банковской комиссии.

Вероника Суховерхова

10 лет работала журналистом и редактором. Изучала историю искусств в РГГУ. В настоящее время PR-директор семейного тематического парка «Город Мастерславль», в котором дети знакомятся с удивительным миром профессий, учатся труду и ответственности. Также Вероника ведет свой блог

Девушка на рецепции с трудом подбирала английские слова, а я с удивлением смотрела на нее и думала, спросить или не спросить: «неужели вы не говорите по-русски!?» – настолько ее артикуляция была похожа на артикуляцию русского человека, пытающегося говорить по-английски. В течение первого дня мы поняли две вещи. Во-первых, оказалось, что найти на острове человека, который говорит по-английски хоть сколько-то, большая удача. Официанты в кафе не знали даже элементарной лексики, типа «мясо», «рыба», «вода». Впрочем, разобраться в немецком меню оказалось не трудно, и за последующую неделю мы научились вполне успешно объясняться на языке аборигенов. Во-вторых, все те люди, которые вызывали в голове мысль: «Наши!», оказывались восточными немцами. Это было удивительно и забавно.

Когда мы вышли на пляж, в наши головы – в первый и в последний раз – закралась предательская мысль о том, что решение провести морской отпуск на Балтике было не самым удачным. При температуре воздуха +20, воды +19 и сдувающем с ног холодном ветре невозможно расстаться с курткой и позагорать, не говоря уже о том, чтобы искупаться. Впрочем, маленькие дети не только плескались в воде, но и плавали на надувных матрасах, что, учитывая ветер, было за гранью моего понимания. Оставалось любоваться мелким белым песком и соснами, устроившись в особых балтийских лежаках, точнее «седаках» – больших плетеных креслах с боковыми стенками, защищающими от ветра.

На следующее утро мы арендовали велосипеды и отправились на мыс Аркона – к легендарному святилищу Свентовита, мегалитам рядом с бушующим морем и Альтенкирхен, самой старой, как можно догадаться по названию, на острове церкви, в основание которой положен языческий камень – поверженный на бок идол. Наши расчеты на активный отдых оправдались – погода для вело- и пеших прогулок была идеальна.

Дорога частично шла вдоль соснового леса, а сама Аркона – это бескрайние поля золотой пшеницы с редкими деревушками между ними. Забегая вперед, скажу, что мы оказались на острове в сезон жатвы и за неделю пребывания успели увидеть сначала гнущиеся по тяжестью зерен колосья, потом работу комбайнов (даже в субботу и в воскресенье) и струи обмолоченной пшеницы в лучших традициях советского агитпропа, а затем – опустевшие поля с осиротевшими цветами мака вдоль дорог.

Довольно часто попадались жилые дома с «золотыми петушками» на крыше – похоже было, что жители острова неплохо знакомы со сказками Пушкина. Исследователи считают Рюген (прежнее его название – Руян) легендарным островом Буяном. Для балтийских славян-язычников Рюген был последним оплотом – христианизации под силовым влиянием датчан они подверглись лишь в XII веке, и сейчас по всему острову разбросаны бережно сохраняемые остатки крепостных валов.

На мысу Аркона, где располагалось славянское городище с главным святилищем бога Свентовита, в настоящее время ведутся археологические раскопки. Малая часть находок выставлена в одном из бункеров времен Гитлера, а рядом с валами расположены стенды с историческими реконструкциями и деревянные скульптуры, воссоздающие лики идолов. Спасибо польским резчикам – славянский тип лица передан удивительно точно, и любоваться красотой индивидуальных черт можно бесконечно.

Там же неподалеку, на берегу моря, для туристов поставлен деревянный стул в виде почитаемого древними славянами журавля, а в 20 метрах от него – христианское распятие. Вот такое сочетание интереса к языческой культуре и историческому прошлому с безусловным уважением к христианству.

Поселок Витт там же, на Арконе, – это традиционная рыбацкая деревня, как она выглядела в XIII веке, но с современными коптильнями на берегу и неплохими ресторанчиками, в которых кормят рыбным супом, рыбными салатами и жареной рыбой с картошкой. Горячий чай, спасающий от ледяного ветра, и копченая рыба нескольких сортов со свежим белым хлебом в сочетании с видом на свинцовое море, лодки и стаи чаек – это именно то, что нужно после хорошего велопробега.

В последующие дни мы чередовали спокойный отдых на пляже с путешествиями по острову на автомобиле, а также пешими и велопрогулками. Оказалось, что нормальная для Балтики температура воздуха в августе – 27–28 градусов, а не 20, а загар на северном солнце получается прекрасный, и при этом не нужно никаких защитных кремов.

На второй день пребывания я бродила вдоль пляжа по колено в воде, а на третий – полезла купаться. Ощущения были совершенно удивительные. Во-первых, к холодной воде быстро привыкаешь. Во-вторых, контраст температур провоцирует какой-то внутренний жар и вылезать из моря совершенно не холодно, наоборот, хочется скорее обратно. В-третьих, измученный антибиотиками организм ответил на такую закалку неожиданным приливом сил, и после 50–60 километровых поездок на велосипеде хотелось гулять по сосновым рощам и танцевать под луной.

В один из дней мы отправились в национальный парк Ясмунд, на территории которого сохранилась растительность послеледникового периода. Уже на опушке леса нас встретила стая ланей (а впрочем, возможно, это были косули – не важно) и зайцы. Тропа шла вдоль моря и сквозь гигантские деревья со сказочными узловатыми корнями открывался вид на потрясающей красоты меловые утесы. Пробраться к морю было почти невозможно – вдоль береговой линии на протяжении многих километров тянулся крутой обрыв, заросший вековыми деревьями.

На территории заповедника на берегу лесного озера богини Херты находятся остатки валов другой славянской крепости, а неподалеку от нее – остатки священного бука, вокруг которого по легенде раз в год собирались старейшины, чтобы послушать шепот богини в шелесте ветвей.

В чаще священного леса нетрудно отыскать мегалитические комплексы, оставшиеся от более древних культур. Всего на острове я насчитала 27 мегалитов, причем большинство из них просто обозначены на карте, но об их расположении не всегда знают даже местные жители. Разбросаны они на первый взгляд хаотично, но что примечательно почти все – в шаговой доступности от моря, однако в небольшом удалении от берега.

Указателями обозначены только те, что находятся на пересечении туристических маршрутов. Абсолютное большинство давно заросли, и если не искать их специально, то трудно догадаться, что скрывает вон та группа деревьев посреди пшеничного поля. В любом случае, такая концентрация сакральных мест на квадратный километр площади говорит об уникальном положении острова у древних народов.

В Германии фрау обычно ездят на велосипедах без рамы и с корзинками на руле, и для поездки в Ясмунд мне досталась именно такая модель. Пробираться по буеракам на двух колесах было невозможно. Корзинка все время перевешивала, и пару раз я едва не свалилась в обрыв. Большую часть времени я либо тащила свой велосипед в гору, либо пыталась удержать его на спуске. Более удачливый муж практиковался в слаломе на корнях. Пешие немцы, встречающиеся на нашем пути, с осуждением смотрели ему вслед. «Они не понимают, как можно ездить на велосипеде без каски», – решили было мы, но когда, выбравшись из заповедника, решили изучить информацию на одном из информационных стендов, с удивлением обнаружили, что велосипеды на его территории запрещены вовсе.

Уставшие от приключений, вечерами мы лакомились мороженым из облепихи, любуясь закатом. «Это типично рюгенское растение», – заявил официант, когда я спросила, что такое sanddorn. Оказалось, из облепихи на Рюгене делают буквально все – мороженое, соки, конфеты, настойки и прочее, а растет она там, как сорняк вдоль полей.

В наши планы входило путешествие по северной Германии, но доехать мы успели только до Штральзунда – покидать Рюген совершенно не хотелось, напротив, было желание облазить каждый уголок, найти каждый мегалит и каждое гигантское дерево (почти двести деревьев на Рюгене имеют в окружности до 8 метров). Удивительный здоровый климат все время побуждал двигаться и изучать новые места. Несмотря на то, что я предпочитаю ездить отдыхать в разные места, на Рюген я вернусь точно и не один раз.